Николай Крымов - на главную
   

  Николай Петрович Крымов

1884 - 1958






» Биография Крымова     
» Хроника жизни     
» Лучшие картины    
» Пейзажная живопись    
» Расцвет творчества     
» Голубая Роза     
» Секреты живописи    
» Учитель и ученики    
» Статьи Крымова     
» Высказывания     
» Воспоминания о Крымове    
» Новые воспоминания    
  

Шедевры мастера:


После грозы, 1915


Вечернее солнце, 1921


Летний пейзаж с избами


Утро, 1918

Николай Петрович Крымов. Воспоминания друзей и учеников о художнике

Воспоминания о Николае Крымове:
Н.Моргунова. Учитель и ученики - Ф.С.Богородский. Встречи с Крымовым - 2 - Л.И.Бродская. О моем знакомстве с Н.П.Крымовым - С.П.Викторов. Мои воспоминания о Крымове - 2 - 3 - А.О.Гиневский. Беседы с Крымовым - 2 - 3 - Ф.П.Глебов. Учитель - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - Д.Н.Домогацкий. Воспоминания ученика - 2 - 3 - 4 - К.Г.Дорохов. Памятные встречи - 2 - В.П.Журавлев. О педагогической деятельности Крымова - Н.А.Кастальская. Крымов - 2 - Е.Н.Крымова. Моя жизнь с Н.П.Крымовым - Ю.П.Кугач. Прекрасная пора учебы - 2 - Кукрыниксы. Художник Н.П.Крымов - 2 - 3 - 4 - В.В.Левик. Учусь у Крымова - 2 - 3 - П.Н.Малышев. Крымов-педагог - 2 - 3 - 4 - 5 - Н.Г. Машковцев. Живопись Крымова - А.Л.Лидова. Отец и сын Крымовы - 2 - 3 - Ф.Н.Михальский. В художественном театре - 2 - В.Н.Попова. Крымов-декоратор - Ф.П.Решетников. Дорогие воспоминания - 2 - 3 - 4 - 5 - Н.К.Соломин. Учитель и друг - 2 - Г.О.Рублев. Из записной тетради - А.С.Айзенман. О том, что помнится - 2 - 3 - С.В.Разумовская. Н.П.Крымов - 2 - 3 - 4.

Ф.П.Глебов. Учитель, продолжение

Деталь, подчиненная общему, усиливает выразительность. У натуралистов деталь лезет, разрушает общее. Неверно написанная деталь вредит выразительности. Короче: пишите верно - и детали подчинятся общему, и будет настоящее обобщение. Вот и получается, что главное в искусстве - это правда».
В другой раз Николай Петрович рассказал: «Часто бывает, что художник, написав неверно, наврав с три короба и стремясь себя оправдать, говорит мне - „я так вижу". Тогда я говорю ему: предположим, человек хочет быть певцом, но вместо „до" берет „ля". Ему говорят: „вы врете", а он отвечает: „я так слышу". Тогда ему говорят: „значит, плохо слышите".
Певец с плохим слухом не певец, а художник, не умеющий верно видеть, не художник».
«У меня, - говорил Николай Петрович, - был один знакомый. Как-то мы с ним чокнулись рюмками. Раздался звон. Он сказал: „Си бемоль!" У него был абсолютный слух. Абсолютный глаз был у Репина. В живописи, как в музыке: все должно быть слажено и гармонично, как в хорошем оркестре. Если, например, вы слушаете симфонию, и какой-либо инструмент в оркестре фальшивит, то все впечатление портится, и вы уже не воспринимаете музыку. Если в большой картине или в маленьком этюде есть вранье, хотя бы в одной детали, то получается то же самое: навранное место раздражает и не дает смотреть, как соринка, попавшая в глаз. Но если в картине много вранья, то тут уже не соринка, а целое бельмо».
Как-то раз, видя, что ученик скрывает свое неуменье под нарочитой незаконченностью, Крымов сказал: «Выходит на сцену певец. Вместо того, чтобы спеть арию, он берет только одно верхнее „до" и уходит...
Аплодисментов нет.
Многие понимают под законченностью в живописи исполнение всех деталей. Это неверно. Картина закончена тогда, когда нет вранья в живописи, когда все проверено и верен общий тон. Когда выражен замысел».
На летние каникулы все мы, ученики Крымова, разъезжались на этюды, и Николай Петрович уезжал в полюбившуюся ему Тарусу.
Расставаясь, он завещал нам: «Пишите вернее, помните, что рисунок в пейзаже так же должен быть точным, как и в портрете человека. Пейзаж - это портрет природы. Хорошо написать пейзаж так же трудно, как написать любое хорошее произведение. Глубоко ошибаются те, кто считает, что если художник плохо владеет рисунком, но силен в цвете, то лучше ему быть пейзажистом. Такое отношение к пейзажной живописи может привести к тому, что совсем не будет хороших пейзажистов.
Если художник слаб в рисунке, то надо ему научиться рисовать, а если он не может, то пусть не думает, что он вообще может быть художником. Пусть тогда лучше займется, скажем, велосипедным спортом. Владеть рисунком необходимо в любом жанре в равной степени. Лучше быть хорошим велосипедистом, чем плохим художником».
«Когда будете писать пейзаж, - продолжал он, - берите определенное состояние природы и старайтесь его выразить: солнце, так. солнце, пасмурно, так пасмурно. Бывает так: художник написал солнечный пейзаж, но перетемнил. Солнца не получилось. Пейзаж потерял выразительность. Стараясь оправдаться, художник говорит:
„День был средний - не то солнце, не то нет".
Тогда не надо было писать! Представьте себе портрет, где не разберешь - не то мужчина, не то женщина. Если такая была модель, то не надо было ее писать. Не делайте так, чтобы получалось „ни рыба ни мясо"».
«Вот еще, что хочу сказать: предположим, вам понравился мотив. Вы начинаете его писать. Если вы будете что-либо изменять и перемещать, вы можете, сами того не замечая, нарушить очарование, которое вызвала у вас природа. Ведь вы же не можете точно дать себе отчет в том, чем именно так понравился вам этот мотив. Вы скажете, что можно точно определить, а я говорю, нет. Вы можете ошибаться.
Надо доверять своему первому впечатлению и писать понравившийся пейзаж именно таким, какой он в действительности. В „Женитьбе" Гоголя невеста Агафья Тихоновна так рассуждает о женихах: „Если бы губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича... я бы тогда тотчас же согласилась".
Если бы кто-нибудь из женихов ей действительно нравился, она бы так не рассуждала. Если вы влюбились в пейзаж, вы не рассуждаете какой там „нос" и какие „губы" и что куда переставить, а принимаете его таким, какой он есть.
Не ищите в пейзаже эффектных мотивов. Этим занимаются фотографы, которые делают „фотоэтюды". У живописца красота должна быть не в сюжете, а в живописи. Не пытайтесь украшать природу».
Осенью, когда мы все возвращались с этюдами, устраивался общий просмотр сделанного за лето, Николай Петрович очень внимательно, с большим интересом рассматривал наши этюды. Он не допускал легкомысленного отношения к работе. Помню, как-то раз один ученик возвратился с каникул загорелым, поздоровевшим и румяным, но привез плохие работы. Осмотрев этюды и его самого, Крымов сделал очень грустное выражение лица и сказал: «Художник должен быть бледный и худой, потому что он все время трудится, работая в тени, ему некогда поесть и некогда отдыхать и загорать, но зато он делается хорошим художником. Те, кому это не нравится, лучше пусть занимаются спортом, а не живописью».
Крымов настолько знал законы пейзажа, что мог, не видя натуры, точно, до мельчайших подробностей разобрать этюд и безошибочно сказать, где верно, и где неверно. Помню, однажды я показывал этюд, где на переднем плане были написаны бревна. Когда я писал его, то, нарушив заветы Крымова, немного их укоротил. Так мне казалось лучше в композиционном отношении. Взглянув на этюд и подмигнув мне одним глазом, Николай Петрович сказал: «А бревна-то вы укоротили. Меня не обманешь. Вы думали, что я не замечу, потому что бревна могут быть в натуре любой длины, но ведь то место, которое в натуре было закрыто концами бревен, вы написали от себя, и это сразу заметно. Меня не проведешь». И добавил громким голосом:
«Сам Левитан в этюдах никогда не подправлял натуру».
Один из учеников показывал этюд, где обнаженное дерево от корня до концов веток было написано одной краской. Николай Петрович сказал: «Всякое цветовое пятно, большое по размеру, смотрится сильнее по цвету и тону, чем маленькое. Предположим, что мы пишем в пасмурный день силуэт дуба без листьев на фоне неба. Мы знаем, что его ствол и ветки покрыты корой, примерно одинаково окрашенной. Но если мы так и напишем, то ветки будут вырываться и будет ложное впечатление. Так пишут только натуралисты. Внимательно вглядываясь, мы видим, что толстый ствол гораздо сильнее по цвету и темнее, чем ветки, на которые сильнее влияет светлое окружение. Так и надо написать, и все станет на свое место. Маленькое пятно по тону и цвету всегда ближе к окружающему тону и цвету фона, чем большое. Фон на него сильнее действует, съедает его.

Воспоминания о Николае Крымове, продолжение...

  » Установка кондиционера устанавливаем кондиционер.

  Художник Николай Крымов (1884-1958). Картины, биография, статьи  
www.krimov.ru, по всем вопросам обращаться - niko {a} krimov.ru

Рейтинг@Mail.ru